Ирина Лисовская. Наваждение






/пластическо-поэтический спектакль по стихам М. Цветаевой, А. Ахматовой, Н. Гумилева, Ф. Тютчева/ - автор пьесы, постановщик И. Лисовская/

Темнота. Музыка. Узкий луч ищет кого-то на сцене. Нашел юношу, осветил, световое пятно расширилось.

ОН - В час моего ночного бреда
Ты возникаешь перед глазами.

Луч сужается. На заднике в правом углу появляется ЕЁ тень -ОНА - (ИДЕАЛ). Изначально смутные к неясные очертания конкретизируются и возникает ясный образ "ОНА-ИДЕАЛ". Она начинает медленно вращаться. Исчезает.

ОН - Глаза, как отблеск чистой серой стали,
Изящный лоб, белей восточных лилии,
Уста, что никого не целовали,
И никогда ни с кем не говорили.

Луч на его лице вновь сужается. OНA-ИДЕАЛ вновь появляется на заднике. Кружится.

ОН - Там, где все сверканье, все движенье,
Пенье все, - мы там с тобой живем.
Здесь же - только наше отраженье....

ОНА-ИДЕАЛ исчезает. ОН остается один. Оглядывается.

ОНА - А, опять луна и море,
Двояко отраженный свет -
О, Господи, какое горе,
Что женщины такой же нет!

ОНА - ИДЕАЛ появляется за его спиной в левом углу и тянет к нему руки. ОН замечает ЁЕ - ИДЕАЛ и тоже протягивает к НЕМУ руки. ОНА-ИДЕАЛ исчезает.

ОН - О, Господи,
Пусть та, которую люблю,
Придет застенчиво и томно...
Теперь я сплю. И хорошо у грезы томной.

Луч уменьшается, превращается в точку, блуждает. В темноте справа появляется ОНА. ЕЁ ведет куда-то луч, играет с ней. Луч освещает лежащего с закрытыми глазами ЕГО. ОНА подходит к НЕМУ любуется ИМ, целует ЕГО. ОН просыпается, садится, видит на тени ЕЁ силуэт, тянет к НЕЙ руку, ОНА протягивает руку ЕМУ и дотрагивается до нее. ОН отпрянул.

ОН - КТО ты? Откуда?
ОНА - Я знала, я снюсь тебе,
И потому не могла уснуть,
Мутный фонарь голубел
И мне указывал путь.
Ты шел, не зная пути,
И думал - скорей, скорей,
Только б ее найти,
Не проснуться до встречи с ней.

ОН - День вечереет, ночь близка,
Темней с горы ложится тень,
На небе гаснут облака,
Уж поздно, вечереет день.
Но мне не страшен мрак ночной
Не жаль угаснувшего дня,
Лишь ты, волшебный призрак мой,
Лишь ты не покидай меня.
Меня крылом своим одень,
Томленья сердца утеши,
И благодатна будет тень
Для очарованной души.
Кто ты? Откуда?
Как решить, небесный ты или земной?
Воздушный житель, может быть?

ОНА его целует.

ОН - Но страстной, женскою душой.

ОНА убегает. ОН догоняет ЕЁ. Танец любви. Небо накрывает их прозрачным покрывалом. ОНИ проснулись, поцеловались, танцуют, целуются. Слышится голос ЕЕ - ИДЕАЛА.

ОНА-ИДЕАЛ - Там, где все сверканье, все движенье,
Пенье все, мы там с тобой живем,
Здесь лишь только наше отраженье...

ОНА - Будем вместе, милый, вместе.
Знают все, что мы - родные,
А лукавые насмешки, как бубенчик отдаленный
И обидеть нас не могут. И не могут огорчить
Где венчались мы -
Не помним,
Но сияла эта церковь
Тем неистовым сияньем,
Что лишь ангелы умеют
В белых крыльях приносить.

ОН - / укрывает ее плечи покрывалом/.
И в нашей жизни повседневной
Бывают радужные сны
В край неизвестный, мир волшебный,
И чуждый нам и задушевный,
Мы ими вдруг увлечены.

ОНА - /стоит к нему спиной и накидывает ему шарф на шею/.
Как правая и левая рука
Моя душа твоей душе близка.
Мы смежены блаженно и легко
Как правое и левое крыло.

ОН - /кладет покрывало на плечи ЕЙ/.
Проснулись мы,
Конец виденью,
Его ничем не удержать,
И чуждой, неподвижной тенью,
Вновь, обреченных заключенью,
Жизнь обхватала нас опять.

/Нежно ЕЁ отталкивает, отходит. ОНА подходит к НЕМУ, накидывает шарф ЕМУ на шею.

ОНА - Я Вас люблю
Всю жизнь и каждый день,
Вы надо мною, как большая тень,
Как легкий дым полярных деревень.
Я Вас люблю всю жизнь и каждый час...

ОН отходит, скидывает покрывало.

ОНА - Все началось и кончилось...

ОН - Проснулись мы...
Конец виденью, его ничем не удержать...

ОНА - Не любишь? Не хочешь смотреть?
О, как ты красив, проклятый.

/ ОНА пытается поднять покрывало, не может/

И я не могу взлететь,
А с детства была крылатой.

ОН - О, не тревожь меня укором справедливым,
Поверь, из наших двух
Завидней часть твоя.
Ты любишь искренно и пламенно,
А я? Я на тебя гляжу с досадою ревнивой.
И жалкий чародей, перед волшебным миром,
Мной созданным, самим,
Без веры я стою
И сам себя, краснея, сознаю,
Живой души твоей безжизненным кумиром.

ОНА пытается возвратить ЕГО, кладет ему шарф на плечи, ОН отходит. ОНА отходит к центру задника, поднимает над собой руки с покрывалом в напряжении, потом медленно их опускает, поворачивается и идет к НЕМУ.
ОНА - Из памяти твоей я выну этот день,
Чтоб спрашивал твой взор
Беспомощно туманный,
Где видел я персидскую сирень,
И ласточек, и домик деревянный.
О, как ты часто будешь вспоминать
Неясную тоску непознанных желаний
И в городах таинственных искать
Ту улицу, которой нет на плане.
При виде каждого случайного письма
При звуке голоса за приоткрытой дверью
Ты будешь думать: вот она сама
Пришла на помощь моему неверью.

ОНА уходит, унося с собой покрывало-память, но часть его остается у НЕГО. ОН хочет отбросить память, но "она -покрывало" не отбрасывается, ОН борется с покрывалом-памятью. Перед ЕГО глазами поочередно в разных уголках появляются: ОНА-ЖИВАЯ и ОНА-ИДЕАЛ, с протянутыми к НЕМУ руками. /Это все тени на заднике./ ОН падает в изнеможении.

Музыка "капель". Луч. Луч дразнит ЕГО, появится и исчезнет. С другой стороны задника появляется ОНА-ЗЕМНАЯ - тоже пытается поймать луч. Им удается поймать луч, который теперь остановился на полу и расширился. ОНИ ложатся по бокам светового пятна, тянут поочередно друг к другу руки, но не могут найти и соединить их. ОНИ медленно поднимаются, видят свою тень, опять тянут друг к другy руки в круге луча, но луч исчезает и ОНИ опять теряют друг друга. Вновь ищут луч, который, наконец, сталкивает их.

OН - А, это снова ты...
ОНА - А, это снова ты?
Не отроком влюбленным
Но мужем дерзостным,
Суровым, непреклонным,
Ты в этот дом вошел
И на меня глядишь.
Страшна моей душе предгрозовая тишь.
Ты спрашиваешь,
Что я сделала с тобою,
Врученным мне навек любовью и судьбою?
Я предала тебя.
И это повторять
О, если бы ты мог
Когда-нибудь устать.
Так мертвый говорит
Убийцы сон тревожа.
Так ангел смерти ждет
У рокового ложа.
Прости меня теперь,
Учил прощать Господь.
В недуге горестном
Моя томится плоть
А вольный дух уже
Почиет безмятежно.
Я помню только сад:
Сквозной, осенний, нежный
И крики журавлей
И черные поля,
О, как с тобой
Была мне сладостна земля.

Луч убегает. ОН становится перед НЕЙ, загораживая ЕЕ, стоящую на коленях. ОНА нежно обвивает ЕГО сзади руками, ОН отбрасывает их.

ОН - Я места ищу для могилы
Не знаешь ли где светлей?

ОНА встает за ним, вновь обнимает ЕГО.

ОНА - Как правая и левая рука
Моя душа твоей душе близка.
Мы смежены блаженно и тепло
Как правое и левое крыло.

ОН - / отталкивая ЕЕ/
Но вихрь встает - и бездна пролегла
От правого до левого крыла.

Луч убегает, темнота, ОН ищет ЕЁ, но никого нет, ОН падает в изнеможении на колени. Луч освещает ЕЕ.

ОНА - Постучись кулачком, я открою
Я тебе открывала всегда.
Я теперь за высокой горою,
За пустыней, за ветром и зноем,
Но тебя не предам никогда.

Луч освещает ЕГО.

ОН - Ночь, молю, не мучь меня,
Мой рок слишком без того тяжел.
Неужели, если бы я мог,
От нее давно б я не ушел.

ОНА подходит к НЕМУ, окутывает ЕГО покрывалом-памятью.

ОНА - Лишь черный бархат, на котором,
Забыт сияющий алмаз,
Сумею я сравнить со взором
ЕЁ почти поющих глаз,

ОH - Вероятно, в жизни предыдущей,
Я зарезал и отца и мать,
Если в этой, Боже, присносущий,
Так позорно осужден страдать.

ОНА - Пусть руки нежно-восковые,
Но кровь в них также горяча
Как перед образом Марии
Неугасимая Свеча.

ОН поворачивается к НЕЙ. ОН срывает с нее покрывало, устремляются друг другу. Обнимаются, ОН кружит ЕЁ.

ОН - Я вырван был из жизни тесной,
Из жизни скудной и простой
Твоей, мучительной, прелестной
Неотвратимой красотой
И умер я, и видел пламя.
Невиданное никогда.
Пред ослепленными глазами
Светилась синяя звезда.
Преображая дух и тело,
Мотив вставал и падал вновь,
То говорила и звенела твоя,
Поющей лютней кровь.
И вдруг, из глуби осиянной,
Возник обратно мир земной
Ты птицей раненой, нежданно
Затрепетала предо мной.
Ты говорила: я страдаю,
Но что же делать мне
Когда, я наконец так сладко знаю,
Что ты лишь - синяя звезда.

ОНА - Ты выдумал меня
Такой на свете нет,
Такой на свете быть не может,
Ни врач не исцелит, ни утолит поэт
Тень призрака тебя и день и ночь тревожит.

ОН - Мое прекрасное убежище,
Мир звуков, линий и цветов,
Туда не входит ветер режущий
Из недостроенных миров.
Но также дорог мне искусственный,
Взлелеянный мечтою цвет,
Он сердце ранит жаждой чувственной
Того, чего на свете нет,

ОНА - Жнец милосерден, сожнет и свяжет,
Поле опять прорастет травой,
А равнодушного - Бог накажет
Страшно ступать по душе живой.
Друг! Неизжитая нежность душит
Хоть на алтын полюби - приму.
Друг равнодушный, так страшно слушать
Черную полночь в пустом дому.

К этому времени ОНА уже подошла к НЕМУ, насильно обнимает ЕГО. ОН делает через НЕЁ кувырок в сторону.

ОН - Страсть пропела песней лебединой,
Никогда, ей не запеть опять,
Так же как и женщине с мужчиной
Никогда друг друга не понять.

ОНА - Не ласки жду я,
Не любовной лести
В предчувствии неотвратимой тьмы,
Но приходи взглянуть на рай,
Где вместе
Блаженны и невинны были мы.

ОН исчезает. ОНА ищет ЕГО, натыкается на брошенное покрывало - память. Поднимает его.

ОНА - Терзание! Ни берегов, ни вех
Да! Ибо утверждаю, в счете сбившись,
Что я в тебе утрачиваю всех
Когда - либо и где - либо не бывших.
О, по каким морям и городам
Teбя искать, незримого незрячей.
Я проводы вверяю проводам
И в телеграфный столб
Упершись плачу.
Так из дому,
Гонимая тоской,
Тобой,
Всей женской памятью,
Всей жаждой, всей страстью -
Позабыть.
Над дремлющей борзой склонюсь -
И вдруг - твои глаза!
Все руки по иконам - твои!
О, если бы ты был
Без глаз, без рук,
Чтобы не помнить их,
Не помнить их,
Не помнить!
Дурную память загонять вконец,
Чтоб только не очнуться,
Наконец!

ОНА лежит на полу, перед ней высвечивается лучом покрывало-память. Этюд пластический с двумя мужчинами.

ОНА - Дней сползающие слизни,
Строк поденная швея...
Что до собственной мне жизни?
Не моя, раз не твоя,
И до бед мне нету дела собственных...
Что до смертного мне тела?
Не мое, раз не твое.
Будь ты проклят,
Ни стоном, ни взглядом
Окаянной души не коснусь,
Но клянусь тебе ангельским садом,
Чудотворной иконой клянусь.
И ночей наших пламенных чадом -
Я к тебе никогда не вернусь!

ОНА - И упало каменное слово
На мою еще живую грудь.
Ничего, ведь я была готова
Справлюсь с этим как-нибудь.
У меня сегодня много дела
Надо память до конца убить
Надо, чтоб душа окаменела
Надо снова научиться жить.
А не то... Горячий шепот лета,
Словно праздник за моим окном.
Я давно предчувствовала этот
Светлый день и опустелый дом.

ОНА - Жгу до зари на окошке свечу
И ни о ком не тоскую,
Но не хочу, не хочу, не хочу
Знать, как целуют другую.

ОНА подходит к одному из Мужчин.

ОНА - Времени у нас- часок,
Дальше - вечность друг без друга,
А в песочнице песок - утечет.
Что меня к тебе влечет.

Мужчины перекидывают ЕЁ друг другу.

ОНА - Вовсе не твоя заслуга
Просто страх, что роза щек
Отцветет.

Продолжается пластический этюд.

ОНА - Ты на солнечных часах
Монастырских
Вызнал время?
На небесных, на весах
Взвесил час?
Для созвездий и для нас
Тот же час, один - над всеми.
Не хочу, чтобы зачах этот час,
Только меленький часок.
Я у вечности украла
Только час - на всю любовь.
Мой весь грех, моя вся кара.
И обоих нас укроет песок.

Мужчины исчезают. Она остается лежать на полу. Луч с ЕЁ головы переходит на лежащее перед ней покрывало - память. ОНА пытается встать, случайно натыкается на покрывало, пытается отбросить его. ОНА борется с ним и, наконец, отбросив его, опомнившись - прижимает его к себе.

ОНА - Солнце свирепое, солнце палящее,
Бога в пространствах идущего
Лицо сумасшедшее,
Солнце, сожги настоящее
Во имя грядущего,
Но помилуй прошедшее,
Помилуй прошедшее,
Помилуй прошедшее!

Ветер. Музыка. ОНА бежит с покрывалом по кругу, ОН подхватывает другой конец покрывала, Они заматываются в шарф навстречу друг к другу и разматываются.

ОНА - Я не знаю, ты жив или умер?
На земле тебя можно искать,
Или только в вечерней думе
По усопшем светло горевать?

ОН - Потерян, удручен,
Печален, как могила.
Отторгнут от тебя, той, без которой мне
Все тошно, и ничто на всей земле не мило.

ОНА - Терпеливо, как щебень бьют,
Терпеливо, как смерти ждут,
Терпеливо, как вести зреют,
Терпеливо, как месть лелеют
Буду ждать тебя.

ОНИ бегут по кругу с шарфом, останавливаются напротив друг друга.

ОН - Ты пожалела, ты тростила
И даже руку додала мне,
Когда в душе, где смерть бродила
И камня не было на камне,
Все, пред твоей склоняюсь властью,
Все отдам, и ничего не скрою.
За ослепительное счастье,
Хоть миг один побыть с тобою.

ОНА - Ты пришел меня утешить милый,
Самый нежный, самый кроткий...
Мертвой думал ты меня застанешь,
И принес веночек неискусный.
Как улыбкой больно сердце ранишь.
Ласковый, насмешливый и грустный.
Что теперь мне смертное томленье?
Если ты еще со мной побудешь,
Я прощенье вымолю у Бога.
За тебя и всех, кого ты любишь.

ОН обнимает ЕE и отпрянул.

ОН - Ты совсем, совсем снеговая,
Как ты странно и страшно бледна!
Почему ты дрожишь?

ОНА отходя от него.

ОНА - Помолись о нищей, о потерянной
О моей живой душе,
Ты, в своих путях всегда, уверенный
Свет узревший в шалаше.
В этой жизни я немного видела
Только пела и ждала
Знаю, брата я не ненавидела
И сестры не предала.
Отчего же Бог меня наказывал
Каждый день и каждый час?
Или это ангел мне указывал
Свет, невидимый для нас?

ОН подходит сзади, укрывает ЕЁ покрывалом.

ОН - Я боюсь потерять это светлое чудо,
Что в глазах твоих влажных застыло в молчании
Я боюсь этой ночи, в которой не буду
Прикасаться лицом к этой розе дыханья.
Я боюсь, что ветвей моих мертвая груда
Устилать этот берег таинственный станет.
Я носить не хочу за собою повсюду
Те плоды, где укроются черви страданий.
Если клад мой заветный взяла ты с собою,
Если ты моя боль, что пощады не просит,
Если даже совсем ничего я не стою,
Пусть последний мой колос утрата
Не скосит
И пусть будет поток твой усыпан листвою,
Что роняет моя уходящая осень.

ОНА - Мне тебя уже не надо, милый,
И не оттого, что с первой почтой не писал,
Нет, дружочек, это проще,
Это пуще чем досада,
Мне тебя уже не надо.
Потому что, потому что...
Мне тебя уже не надо.

ОН подходит, берет ЕЁ на руки, кружит.

ОН - Как правая и левая рука
Моя душа твоей душе близка.
Мы смежены блаженно и тепло
Как правое и левое крыло.

ОНА - Я живу, как кукушка в часах
Не завидую птицам в лесах,
Заведут и кукую.
Знаешь, долю такую
Лишь врагу пожелать я могу.

ОН подходит сзади, укрывает ЕЁ покрывалом, ОНА сбрасывает его, отходит, ОН еще раз подходит к ней. ОНА отходит от НЕГО. Звучит мелодия их первой любви. Они смотрят на покрывало. Пытаются вспомнить, как было тогда. ОНА пытается поднять его наверх, как тогда, но ничего не выходит. ОН пытается подбросить его вверх - не получается. ОНИ медленно заворачиваются в покрывало, встают друг к другу спиной и смотрят в зал.
В углу возникает тень ИДЕАЛА. Вместо крыльев у НЕЕ - ИДЕАЛА такое же прозрачное покрывало. ОНА - ИДЕАЛ пытается взлететь, "набирает скорость", потом медленно взмывает вверх.

Звук голоса ЕЕ - ИДЕАЛА.

ОНА - ИДЕАЛ - Там, где все сверканье, все движенье
Пенье все,
Мы там с тобой живем,
Здесь лишь только наше отраженье...

Луч освещает эту тень. Тень исчезает. Остается одно светлое пятно, которое сужается, что - то ищет, бежит по потолку, по дорожке покрывала и уходит в небеса. Включается полный свет. На сцене по диагонали лежит оставленное покрывало - память.

Конец.

1


далее: 3 >>

Ирина Лисовская. Наваждение
   3